Кормилицын Сергей Владимирович (serh) wrote,
Кормилицын Сергей Владимирович
serh

Category:

Дом шоколадного короля

«Жоржик Борман, нос оторван, вместо носа – папироса!» Сколько раз эту считалку-дразнилку слышали стены особняка на Английском проспекте, 16, и не перечислишь! Между тем, с носом у его владельца – Григория Николаевича Бормана – все было в порядке. Но ставшие практически петербургской фольклорной классикой рифмованные строчки в исполнении детских голосов всякий раз вызывали умиление у работниц шоколадной фабрики, расположенной по этому адресу и сегодня, так что окошко на первом этаже приоткрывалось и малолетние разбойники и пираты ближайших окрестностей получали свою «дань» в виде пригоршни-другой шоколадного «лома» - самого вкусного производственного брака из всех возможных.

(с)???

Шоколадным королем северной столицы Григорий Борман стал, мягко говоря, не сразу. Дело в том, что отец его был довольно известным в городе на Неве фармацевтом и, разумеется, искренне рассчитывал, что сын его, родившийся в 1837-м году, пойдет по его стопам. Однако расчет его оказался не верным. Стремясь привить потомку деловую хватку, Николай Борман последовал примеру своих многочисленных немецких предков и как только его отпрыск достиг совершеннолетия, урезал ему финансирование карманных расходов. Тот, как и планировалось, отправился искать, где бы заработать лишний рубль, и устроился в кондитерскую лавку. Сперва – помощником продавца, потом – продавцом, а там – и приказчиком. И ситуация вышла из-под контроля. Мало того, что новая профессия сыну фармацевта понравилась куда больше отцовской, так еще и владельцы лавки – пожилая немецкая чета, впечатлившаяся старательностью и усердием симпатичного юного соплеменника, - приняв решение чисто по возрасту отойти от дел, отписали ему свое торговое предприятие вместе со всеми деловыми контактами.



Усердия, к слову сказать, Григорию Николаевичу и правда, хватало с лихвой. Доставшаяся ему в подарок кондитерская лавка в Чернышевом переулке, - том, что теперь называется улицей Ломоносова, - очень быстро превратилась в моднейшее заведение. Что не удивительно, потому что в ней помимо традиционных витрин и прилавков была установлена на потеху и удивление почтеннейшей публике «ручная машина по производству шоколада», выпекавшая плитки ароматного лакомства. Редкое для той поры зрелище привлекало толпы, и торговля шла настолько споро, что всего через четыре года молодой бизнесмен смог приобрести у потерпевшего неудачу в делах немецкого кондитера Генриха Пфейфера двухэтажный дом на Английском проспекте, 16 и расширить дело. На втором этаже располагалась квартира фабриканта, а на первом - производственные помещения «Паровой фабрики шоколада и конфет «Жорж Борманъ».

Тут дела вообще пошли в гору! И двух лет не прошло, как двухэтажный дом был перестроен в четырехэтажный, способный вместить контору разросшегося предприятия, во дворе вырос современнейший для той поры фабричный корпус, оснащенный по последнему слову техники. Да и соседние дома 14 и 18 были выкуплены под нужды предприятия. Полторы тонны сладкого в день – объем весьма солидный, но российский рынок оказался вполне готов поглотить не только этот объем, но и вдвое больший, к которому фабрика пришла на рубеже веков. Тем более, что одним шоколадом дело не ограничивалось. В перечне продукции были пастила, леденцы, мармелад, печенье, бисквиты и прочие вкусности. Все – в красочной упаковке, с картинками, подчас – с портретами популярных медийных личностей того времени – писателей и актеров.



При этом фабрикант постоянно находился в поисках технических новинок, которые помогли бы если не развитию производства, то хотя бы укреплению репутации. Так, в 1888 году он установил на углу Невского проспекта и Надеждинской улицы, известной сегодня как улица Маяковского, первый в истории столицы вендинговый автомат по продаже плиточного шоколада. Одна плитка стоила пятиалтынный – 15 копеек.

Награды и медали сыпались на предприятие Григория Николаевича, который теперь был известен исключительно как Жорж Борман, проливным дождем. Тут тебе и множество призов на отечественных выставках, и статус поставщика императорского двора, и золотая медаль в Париже, и золотая медаль в Чикаго. В общем, успех был несомненен. Да и на личном фронте все было прекрасно: шоколадный король Петербурга женился по любви и вскоре стал счастливым отцом.

Сын его - Георгий Григорьевич – получил весьма достойное экономическое образование за рубежом и, едва перевалив двадцатилетний возраст, активно включился в управление отцовским бизнесом. Создал несколько филиалов и складов в разных городах, открыл специализированный магазин в доме Мертенса на Невском, 21, помог модернизировать производство, «протолкнул» расширение ассортимента продукции эконом-класса. В общем, показал себя человеком дельным и понимающим.



Тут Жорж Борман старший вздохнул с облегчением и, оставив на него все хозяйство, уехал подальше от столичной суеты в малороссийский Харьков. Там, в доме на Чеботарской улице он и прожил до декабря 1918 года, успев подивиться и новоявленной советской власти, и немецкой оккупации, и новым порядкам гетмана Скоропадского. Было ему, должно быть, неуютно и странно, но покинуть Россию он не захотел. А вот Георгий Григорьевич, напротив, очень вовремя уехал из страны, буквально чуть-чуть не дождавшись национализации семейного предприятия. До 1952 года он жил в Париже, продолжая отцовское дело: его кондитерский магазин на Авеню Опера, 26 считался одним из лучших.

Петербургское предприятие Борманов, кстати, несмотря на все перемены, работает и сегодня. Только называется уже не в честь основателя, а в честь революционерки Конкордии Самойловой. Наверное, она тоже любила шоколад.

Tags: #история
Subscribe

Posts from This Journal “#история” Tag

  • Как развалить государство по-родственному

    Что ни говори, а Русь, фактически созданная, сшитая князем Олегом из разрозненных лоскутов территории, у каждого из которых были свои притязания и…

  • Цитадель наследников Доминика

    Два не слишком бросающихся в глаза скромных дома на Малой Посадской – 15 и 17-й – построены одним архитектором – знаменитым…

  • Бип! Бип! Бип!

    За едва видным невооруженным глазом огоньком в ночном небе человечество пристально наблюдало три месяца. Кто-то с гордостью, кто-то со страхом,…

  • Дом-завод династии винокуров

    Это здание на берегу Обводного канала выглядит откровенно странно, - не поймешь с первого раза, для чего его построили? Для заводского корпуса –…

  • Висит груша. Нельзя скушать

    Городское уличное освещение до поры до времени было проблемой из проблем. Масляные, керосиновые, газовые фонари вопрос, разумеется, решали, но лишь…

  • Дом придворного ювелира

    Невысокий двухэтажный особнячок на Итальянской, 13 в Петербурге знают, думается, решительно все, - как здание театра Музкомедии. В общем-то, на…

  • Дом потомка пивной династии

    Как-то так повелось, что пиво у нас считается напитком не изысканным. Однако были и иные времена, когда в среде петербургской аристократии отнюдь не…

  • Город, кони, рельсы, шпалы

    8 сентября, или, если считать по старому стилю, то 27 августа 1863 года в столице Российской Империи заработала пассажирская конно-железная дорога.…

  • Золото партии или экспроприация экспроприаторов

    Не было, наверное, в ХХ веке на земном шаре партии более мощной и влиятельной, чем коммунистическая партия Советского Союза, неразрывным, как до…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments