Кормилицын Сергей Владимирович (serh) wrote,
Кормилицын Сергей Владимирович
serh

Categories:

Дворец другого Нобеля

Когда слышишь фамилию Нобель, в голову сразу же, буквально автоматически приходят мысли о взрывчатке и легендарной международной премии. Но если речь идет об особняке на Пироговской набережной, 19, то эти ассоциации будут не верными. Просто потому, что его владельцем был другой представитель легендарного семейства – не Альфред, а Людвиг. Родной брат того самого «отца динамита».

(с)???

У шведского коммерсанта Эммануэля Нобеля-младшего и его супруги Каролины Андриетты было восемь детей, но выжили из них только четверо – Людвиг, Альфред, Эмиль и Роберт. Для первой трети XIX века это было, надо сказать, еще очень неплохо. Но детство мальчиков было отнюдь не безоблачным: семья с трудом, как говорится, удерживалась на плаву. Денег решительно не хватало, строительный бизнес, которым занимался Эммануэль – неплохой, кстати сказать, инженер и архитектор, - прибыли приносил немного, а потом и вовсе закончился банкротством. А на изобретательскую деятельность главы семьи окружающие смотрели как на бесполезное чудачество. Но последней каплей стал пожар, в результате которого семейство Нобель осталось без крыши над головой. Кредиторов, к слову, требовавших от Эммануэля расплаты по счетам прогоревшей фирмы, это не остановило, они хотели получить свое и немедленно. В общем, ситуация была практически безвыходной, так что было принято решение в равной мере неприятное, но эффективное, - бежать. Причем не куда-нибудь, а в Россию. Туда, где коллекторы точно не достанут.

Наконец, успех!
Сперва переехали в Турку. Там Эммануэль Нобель открыл маленькую торговую фирмочку, занимавшуюся поставкой в Россию каучука, что позволило сводить концы с концами. А еще получилось зацепить несколько заказов на проектирование домов, причем за весьма приличный гонорар. И вскоре вчерашний неудачник оказался, как говорится, на коне: Российская Империя оказалась к нему куда благосклоннее, чем родина. И на изобретения бойкого шведа тут смотрели не с усталой досадой, а с интересом. Особенно на те, что касались войны и вооружения. Так что в 1842 году Нобели переехали в Санкт-Петербург, обзавелись достойным жильем, а дети их получили качественное, хотя и домашнее образование. А литейный завод, основанный Эммануилом, оказался успешнейшим предприятием: военные заказы, которые удавалось брать один за другим, были делом выгодным. И патенты, которые российское правительство приобретало с большим удовольствием – на скорострельную пушку, морские мины, непромокаемую амуницию – стоили тоже немало. За без малого полтора десятка лет, проведенных в Петербурге, семья полностью изменила свое социальное и материальное положение. А когда после завершения Крымской войны поток армейских контрактов иссяк, благополучно вернулась в Швецию.

Остаться в России
В России остался только старший сын – Людвиг, которому отец передал свой завод и компанию, финансовое состояние которой было, впрочем, далеко от идеального: расходы на содержание предприятия в мирное время значительно превышали приносимую им прибыль. Вскоре оно ушло с молотка, но Людвиг Эммануилович, как его стали уважительно именовать в городе на Неве, осенью 1862-го купил механические мастерские Шервуда и в кратчайшие сроки превратил полукустарное производство в передовой для своего времени машиностроительный завод. Ассортимент выпускаемой продукции поражает воображение и сегодня: от ружей и пушек до опреснителей воды и резиновых шин, от снарядов, мин и торпед до гидравлических прессов и станков, от паровых локомобилей до дизельных двигателей. И на все это понадобилось всего лишь 10 лет.

В 1873 году на набережной, которую в те поры называли то Арсенальной, то просто Выборгской, выросло двухэтажное красно-желтое здание, похожее на итальянское палаццо. Не дом, не особняк даже, а настоящий дворец с зимним садом, бальным залом, огромной столовой, - просторный, парадной стороной развернутый к реке, а «спиной» примыкавший к заводу. В нем уместилась и заводская контора, и рабочий кабинет шведского подданного, ставшего российским купцом и промышленником, и, собственно, жилье для немаленького семейства. Места нужно было много, все-таки у Людвига Эммануиловича было шесть сыновей и четыре дочери от двух браков.

Сообразить на троих
Гостили здесь и братья Людвига – Альфред и Роберт: в самом конце 1870-х они создали в России мощнейшее предприятие – «Товарищество нефтяного производства братьев Нобель». Таких компаний в России еще не видели: Товарищество осуществляло полный цикл работы с нефтью – от разведки, добычи и транспортировки до переработки и сбыта. Под его натиском сдались и отступили даже нахрапистые американцы из «Стандарт Ойл».

При этом, сохраняя связи с вернувшимися в Швецию родственниками, Людвиг Эммануилович был большим патриотом России, ставшей ему второй родиной. Он спонсировал научные разработки и вкладывал средства в образование специалистов, содержал школы для рабочих. Иными словами вел себя как правильный и продвинутый российский бизнесмен, заботящийся не только о собственной прибыли, но и о благе державы. Что там говорить, если в своем завещании он специально указал, что похоронить его должны непременно в Санкт-Петербурге.

В 1888 году Людвиг Нобель скончался от туберкулеза – вечной и до поры непреодолимой петербургской беды – чахотки и был похоронен, как и хотел, на Васильевском острове, на Смоленском лютеранском кладбище.

Tags: #история
Subscribe

Posts from This Journal “#история” Tag

  • С ароматом асфальта и бульонного кубика

    На фоне построенных рядом многоэтажек старый дом на Ждановской улице, 27 выглядит скромно и даже как-то архаично: неброская окраска, первый этаж,…

  • Дом Дурдина, но не пивовара

    Большой доходный дом на улице Восстания, 33, выстроенный в стиле эклектики, известен знатокам петербургской архитектуры и краеведения как дом…

  • Порция Охты. Большой и старой )

    Собирал тут на днях для одной рабочей надобности информацию по стародавней истории Большой Охты. И так получилось, что приподнакопилась у меня пачка…

  • Дом билетного магната

    Состояния, созданные посредством манипуляций с кредитными банковскими билетами в нашем мире не редкость. Но есть в российской истории один…

  • Бросить все и уехать в Питер

    «Город – это сила», - говорил персонаж культового фильма «Брат» и был без сомнения прав. Большие города обладают…

  • Дом винокура и молочного дилера

    Начинать жизнь с нуля в незнакомом городе – удовольствие то еще. Еще меньше радости – искать себе нишу в давно сформировавшемся секторе…

  • С праздником, дорогие мои!

    Говорят, что нынче - Геродотов день. Ну, в смысле, всемирный день историка. Что я, как говорится, могу сказать? Историк - не профессия. Это…

  • Дом фанерного фабриканта

    Честно говоря, назвать его просто домом, - язык не поворачивается. Все-таки больше он похож на дворец. Не внешне, разумеется. Внешне – это вполне…

  • Дом миллионера-поджигателя

    С четырехэтажным домом на углу проспекта Бакунина и Херсонской улицы связано сразу несколько историй: история одного из самых крупных купеческих…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment