Кормилицын Сергей Владимирович (serh) wrote,
Кормилицын Сергей Владимирович
serh

Categories:

Парный кусочек, вдогонку. Женщины Сталина. Форзихт: много буковок

Дело катится к финалу. Дописываются последние строчки, придумываются эпиграфы, раставляются пропущенные запятые :-) Ну, а пока - вот.  Если еще не надоело, вестимо :-)
Выкладываю опять-таки двумя кусками, ибо иначе не лезет


Писать про женщин Иосифа Сталина – одно удовольствие. Простор для фантазии такой, что аж дух захватывает. Еще бы, южная горячая кровь, революционная романтика! Сколько всего можно допустить, присочинить, какие сенсации можно создать! Но когда начинаешь всерьез разбираться что к чему, все оказывается куда прозаичнее, чем казалось. Потому что слухи – слухами, а фактов в нашем распоряжении совсем немного.
Первое женское имя, которое необходимо упомянуть всвязи с биографией вождя, -
Екатерина Сванидзе. Самая первая и чистая любовь Иосифа, зародившаяся в те времена, когда он был молодым революционером, еще только-только погрузившимся в хаос революции. Екатерина была сестрой старого приятеля Джугашвили – Александра Сванидзе. У него-то в доме они и познакомились: Иосиф очередной раз скрывался от преследования, находясь на нелегальном положении и друг приютил его на несколько дней у себя в тифлисском доме на Фрейлинской улице. Там-то и познакомились Коба и Като. Почему-то принято особенно подчеркивать, что Екатерина была родом из очень бедной семьи. Это немного странно, потому что была она портнихой, а на те поры это означало вполне неплохой заработок.
Любовь, если цитировать классика, выскочила перед Иосифом как убийца из-за угла. Роман развивался бурно, но сугубо по горскому этикету: несмотря на все свои революционные взгляды, Джугашвили не был сторонником «легких» отношений в духе «теории стакана воды». Где-то через год Иосиф и Екатерина решили пожениться. Правда, сделать это официально было сложно: юный революционер жил по чужому паспорту, какая уж тут регистрация? Не дай Бог обнаружат подлог – так прощай не только семейная жизнь, а и свобода тоже. Но ведь дело было в Грузии, где женитьба «увозом» - не то, чтобы обычное дело, но, в принципе, практиковалась. Поэтому местные священники, особенно из молодых, частенько смотрели сквозь пальцы на молодые пары, являющиеся в церковь с просьбой о немедленном венчании в неурочное время. Судя по всему, как-то похожим образом обвенчались и Екатерина с Иосифом. Ну, а гражданскийбрак они регистрировать не стали, потому как, повторюсь, дело это было опасное. Благо горские традиции позволяли: на все эти государевы бумажки с орлами, подтверждающие то, что уже и так было сказано перед Богом, там традиционно смотрели сквозь пальцы. Но свадьбабыла отпразднована честь по чести, как полагается.
Беда была в том, что счастливого брака у молодых тк и не получилось, хотя все предпосылки к тому были. Екатерина была очень правильной грузинской девушкой, и она стала не менее правильной грузинской женой, признающей неоспоримый авторитет и главенство мужа, готовой окружить его заботой и лаской, уверенной, что важнее его дел нет ничего на свете. Но Иосиф был постоянно то в бегах, то в отлучке, появляясь дома лишь изредка. Да и что значит дома? Молодая жена осталась в доме своего брата. Там она и родила сына – Якова Джугашвили. А буквально через полгода – осенью 1907-го - Екатерины не стало: брюшной тиф и сейчас-то болезнь не из приятных, а в то время он был воистину страшен, часто приводя к летальному исходу. Когда Екатерина заболела, Иосиф был за границей, в Лондоне. И, как он ни спешил, успел домой он только к похоронам. Так и закончились его надежды на нормальную семейную жизнь, на то, что будет куда вернуться.
А дальше покатилась череда арестов, ссылок, побегов. Раскопать что-то достоверное в этом хаосе – задача не из легких, поэтому сразу нужно предупредить, что речь пойдет о предположениях и слухах. Так, судя по всему, у Кобы был непродолжительный бакинский с некой Стефанией Петровской. От ее имени, по мнению Вильяма Похлебкина, происходит его псевдоним К. Стефин – «Стефин Коба». Известно, что в конце мая 1910 года он, находясь в тюрьме, подал официальное прошение бакинскому градоначальнику о заключении брака с этой женщиной. Хотя может быть, это был просто какой-то трюк? На ту пору можно было многого добиться вполне безобидными способами. Например, уговорив подозрительно кашляющего соседа сдать за тебя анализы на туберкулез, Коба сумел получить усиленное питание и более мягкие условия содержания. Впрочем, неясно, что юный революционер мог бы выиграть от фиктивного брака. Может быть более частые передачи? В любом случае, когда в сентябре такое разрешение было дано, он был уже далеко, в Сольчевыгодске.
Рассказы о похождениях Джугашвили в Вологодской губернии радуют своим многообразием. По одной версии, он увлекся гимназисткой Пелагеей Георгиевной Онуфриевой, причем настолько, что даже расстроил ее свадьбу. Это выглядит несколько фантастично, потому что с женихом девушки – Петром Чижиковым он, согласно донесениям полиции, был дружен. И даже для побега из ссылки воспорльзовался его паспортом. Да и брак, похоже, расстроился сам собой, причем уже после побега Кобы: молодой человек умер от скоротечной чахотки – не такое уж редкое для того времени дело.
По другой версии, грузинский гость активно крутил роман с женщиной, у которой снимал жилье – вдовой Матреной Кузаковой. Утверждение, что у нее родился от Сталина сын, получивший фамилию матери и отчество по ее покойному мужу – Константин Степанович Кузаков, - кочует из статьи в статью, из одной желтой газеты в другую. Базируется же оно в основном на слухах, да еще на паре газетных публикаций. Однако пишут о нем примерно следующее: «весной 1911 г. у Марьи Прокопьевны от постояльца родился сын. Однако «гордый кавказец» от женитьбы уклонился, сославшись на свою трудную и полную скитаний революционную судьбу. Марии же он пообещал вечную память и по возможности материальную помощь. После Октябрьского переворота Мария узнала, что ее бывший постоялец стал членом правительства и написала ему письмо с просьбой о помощи. Но ответа не получила. Тогда она написала Ленину. Это письмо попало к Н.С. Аллилуевой, работавшей в секретариате Председателя Совнаркома. Из письма она узнала о другой семье своего мужа. Ничего ему не сказав, она оказала денежную помощь семье Марии. А Константин в 1927 г. приехал в Ленинград, поступил в Институт философии, литературы и искусства (ЛИФЛИ). В 1932 г. его вызвали в НКВД и потребовали дать подписку о неразглашении «тайны происхождения». Эту подписку он нарушил только через 63 года.
После окончания института Константин преподавал философию в Военно-механическом институте, работал лектором в обкоме партии. В 1939 г. вступил в ВКП(б), по инициативе А.А. Жданова был переведен на инструкторскую работу в ЦК ВКП(б) и вскоре стал заместителем начальника Управления пропаганды ЦК партии. Как представитель ЦК, в числе членов специальной группы он редактировал тексты выступлений всех участников партийных съездов и сессий Верховного Совета СССР. В Великую Отечественную войну в звании полковника в составе лекторской группы выезжал в воинские части. Награжден орденами Красной Звезды, Отечественной войны I степени, медалями. В 1947 г. исключен из партии, снят с работы («за потерю бдительности»). После ареста Берии восстановлен в партии. Работал директором Всесоюзного издательства «Искусство», начальником одного из управлений Министерства культуры, был членом коллегии Гостелерадио».[1] К слову сказать, о Константине Кузакове выходила в свое время довольно интересная статья в Независимой газете.[2] Не знаю, как там с происхождением от Сталина, а человек, судя по всему, он был необычный.
Следующий роман Сталина, так же не зафиксированный в дневниках письмах и воспоминаниях, но от того не менее легендарный, приключился, если верить всему, что об этом пишут, во время сибирской ссылоки будущего «вождя». Той самой, что вылилась в ссору между двумя важнейшими российскими эсдэками – Джугашвили и Свердловым.
В официальной литературе этот случай, разумеется, гне фигурирует: уж больно ситуация щекотливая получается, да некрасивая. Дело в том, что если верить публикациям в прессе, ссыльный грузин крутил роман с несовершеннолетней крестьянкой, нето четырнадцати, не то пятнадцати лет от роду. Ссылаются при этом на некий документ, что был найден в архивах российским историком Борисом Илизаровым. Сразу оговорюсь, что сам я этого документа в руках не держал, а потому, зная способности прессы к фальсификации чего угодно, более чем слухами и предпорложениями это считать не могу, да и вам не советую. Но, тем не менее, фрагмент газетной статьи, обрисовывающей вкратце ситуацию, привести, пождалуй, стоит. Итак, речь идет о неком сообщении Комитета государственной безопасности, адресованном лично Никите Хрущеву. «Сухим бюрократическим языком тогдашний шеф КГБ Игорь Серов сообщает, что во время сибирской ссылки Иосиф совратил 14-летнюю Лидию Перелыгину. Девочка забеременела и родила сына, которого назвала Александром. Политссыльный Джугашвили обещал Перелыгиной жениться, когда той исполнится 16 (по уголовному кодексу царской России с этого же возраста связь с несовершеннолетней переставала быть растлением). Обещание Коба не сдержал. Серов докладывал Хрущеву о том, что Перелыгина была допрошена сотрудниками КГБ и что ее заявления о том, что Сталин никак не поддерживал ее и своего сына, подтвердились. Сама же преступная связь между 14-летним подростком и профессиональным революционером, который был старше почти на 20 лет, развивалась так. Приговоренный к двухлетней ссылке Сталин в 1913 году был отправлен в поселок Курейка у самого Полярного круга. Там, в деревушке с населением в пять десятков человек, Коба был поселен в доме бедных крестьян, которые были опекунами сироты Лидии Перелыгиной и ее сестер и братьев. В 1914 году Лидия забеременела. Приставленный к ссыльным полицейский быстро вычислил совратителя и пригрозил Сталину судом и отсидкой - гораздо более длительной, нежели «политическая». Сталин пообещал жениться на девочке, как только ей исполнится 16 - и таким образом избежал наказания. Беременность кончилась выкидышем, но связь продолжалась. В 1916 году Перелыгина родила сына Александра - но Сталина к тому моменту в Курейке уже не было. Попытка царского режима призвать будущего генсека в армию провалилась - Сталин был признан негодным по состоянию здоровья. Он остался в тылу воюющей страны - готовить революцию против нее. В Курейку он не вернулся, и через несколько лет Перелыгина вышла замуж за односельчанина Якова Давыдова. Александр получил фамилию приемного отца».[3] Странная история, как-то не согласующаяся с моральными принципами, которые мы видели в романе с Екатериной Сванидзе. Конечно, Като была сестрой друга, да и вообще своей, а тут какая-то девица сомнитенльной репутации (до знакомства с Джугашвили у нее уже был ребенок, помните?), да и вообще, не грузинка. Да к тому же на Кавказе возраст женщины оценивается немного иначе чем в России. Но все равно как-то вся эта история выглядит странно. Ну, не вписывается она в общую картину, складывающуюся по предыдущим главам. Так что вполне может быть, что речь идет о фальсификации, о подделке с целью скомпрометировать Иосифа Сталина. Причем именно не революционера Джугашвили, который и дилижансы грабил, и в полицейских стрелял, - его не скомпрометируешь при всем желании, - а Сталина, в которого этот Джугашвили со временем превратился.
Дело в том, что Хрущева очень часто недооценивают, рисуя его эдаким придурковатым толстячком, приказавшим сажать кукурузу за полярным кругом. Но нет!

[1] safety.spbstu.ru/book/hrono/hrono/biograf/bio_k/kuzakov.html
[2] Земскова Т. Человек Тайны. В Останкине работал внебрачный сын Сталина. // Независимая газета 21.07.2000 г.
[3] Владимирова И. Отец народов был растлителем малолетних. // Час. № 72 (1098). 26.03.2001.
Tags: #моикнижки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments