February 22nd, 2020

Я знаю, чем занять выходные ))

Люблю такие штуки. Сочетание исторической подкладки и каких-нибудь современных реалий. Например, гастрономических, или алкогольных. Мне, скажем, всегда импонировали люди, которые пытаются восстановить рецепты пива XIX века, или еды XVIII-го. Ну, таки вот докладываю вам, что в Питере нашлось два десятка прекрасных в лучшем смысле этого слова безумцев, которые взялись восстановить и выставить в меню блюда по рецепту Игнатия нашего Радецкого. Не маршала. Впоследствие покойного. Не композиора.;-)) Получился гастрономический фестиваль "Три века петербургской кухни". В общем, предлагают тут до 29 числа предлагают попробовать всякое вкусное из того, что готовили в северной столице лет этак порядка двухсот тому как. Что конкретно, - я тут приподсобрал в единый реестр, так сказать. )) Так что если нечем занять выходные, - вот вполне себе рабочий вариант. :-)
Газетная версия текста лежит, как это обычно и бывает, ВОТ ТУТ.

До Елены Молоховец. И после

В северной столице стартовал необычный гастрономический фестиваль, посвященный забытым традициям петербургской кухни. Два десятка ресторанов города на Неве включили в меню блюда, популярные более двух сотен лет назад, и вариации современных шеф-поваров на тему старинных рецептов. Прокатиться на этой кулинарной машине времени можно будет до 29 февраля.

Когда речь заходит о русской гастрономической традиции позапрошлого века, большинство людей не искушенных вспоминают имя Елены Ивановны Молоховец и ее книгу «Подарок молодым хозяйкам». Наиболее продвинутые цитируют также расхожую фразу о том, что если к вам неожиданно пришли гости, то необходимо спуститься в погреб и взять там холодной телятины. В своей книге, больше похожей на учебник для юных барышень, никогда не занимавшихся домашним хозяйством, Елена Ивановна такого, правда, никогда не писала, но народная легенда – есть народная легенда. И в любом случае складывается впечатление, что до Молоховец не было ни, собственно, русской кухни, ни руководства по ее использованию. Но разумеется, и русская кухня существовала, как народная, так и, что называется, high cuisine, и кулинарных книг и справочников было немало.

Одна из наиболее примечательных среди них – «Альманах Гастрономов» Игнатия Радецкого. Не того, конечно, Радецкого, которому Штраус старший марш посвятил, но тоже очень примечательного персонажа - бывшего метрдотеля двора Его Императорского Высочества герцога Максимилиана Лейхтенбергского. Вот этой-то книгой о русской кухне с европейским лицом и вдохновлялись повара двух десятков петербургских ресторанов, подготавливая специальные дегустационные сеты для фестиваля «Три века петербургской кухни».



Продукты, разумеется, использовались современные, технологии – тоже, но, тем не менее, за ближайший десяток дней можно успеть отведать «филеи из индейки a’la амбасадрис» в «Северянине» и судака под прованским соусом в «Петрове-Водкине», бараний бок, фаршированный гречневой кашей и телятину «a'la Сюзерень» в ресторане «Гуси-Лебеди» на Коломяжском или «Гатчинскую форель» в тех же «Гусях-Лебедях» на Гагаринской. Даже сами названия блюд звучат как какое-то волшебное заклинание из давно минувших времен! Кстати, «гатчинской форелькой» радует и ресторан Juno на Казанской, 46. А в «Доме» на набережной Мойки, 72 пирожки с этой же рыбкой подают к ухе из стерляди с налимьей печенкой. А в La vue пирожки делают с сальпиконом – этаким крупно нарезанным тар-таром - из печени налима и раковыми шейками.

Практически полным следованием наставлениям Игнатия Радецкого отличились Chateau Vintage на Невском, 47 с жареным цыпленком по рецепту позапрошлого века и «супом с перловыми крупами по-польски», KuznyaHouse c луковыми пирожками, варениками с капустой и необычной шарлоткой из яблок и ржаного хлеба, Commons на набережной канала Грибоедова, 32 с пирогом из утки и оленины с репой и маринованными яблоками. По тому же пути пошел бар Hideout, приглашающий попробовать студень из телячьих ножек и грудинки с «майонезом a’la Шантили» и ресторан «Блок», предлагающий «кострец глясованный» с манной кашей, которую Радецкий именовал «грюо де семуль фриабль», жареными лисичками и черным трюфелем, а на десерт – «бабу короля Станислава», то есть ром-бабу с черной смородиной и морошкой.



Другие же заведения опирались на историческую кулинарную книгу как на источник вдохновения, комбинируя различные рецепты, чтобы в итоге получилось что-то совершенно новое. Кто-то, как шеф-повар ресторана Bilbao, совместил несколько рецептов, приготовив зразы из зайца на манер пожарских котлет, треску «a'la метр д'отель» в виде порционного рыбного пирога, а суфле на десерт – из белых грибов на пшенном корже. Примерно в той же логике – сет из трех блюд от «Мечтателей». Все та же треска «a'la метр д'отель» и гречневая каша с пармезаном превратились в палтуса с гречневой кашей и шоколадом, а «суп-пюре из кореньев по-ливонски» - в крем-пюре из корнеплодов с трюфельной пастой. К слову сказать, тут и не определишься сразу, что интереснее – оригинал, или вариация.

Ресторан «Симпозиум» подошел к делу еще более творчески и выставил на фестиваль совершенно новые блюда, хотя и вполне соответствующие Радецкому по духу – заливное из судака с тигровой креветкой и жженым морским гребешком, своеобразные «рафаэлки» - конфеты из томленой утки в ягодной глазури и черной хрустящей грече - и рапанов, приготовленных «по-строгановски» с солеными огурцами и вешенками. Причем это блюдо нужно попробовать обязательно. Бефстроганов предлагает и The Repa – вполне традиционный, но в интересной подаче - в буханочке домашнего хлеба с картофельным пюре, рублеными солеными огурцами и подмаринованной свеклой.



А в Arcobaleno точно так же, с интересной подачей, приготовили старинный десерт – «хруст жареный с мармеладом по-польски». Только в современной вариации он с клубничным вареньем, кремом из белого шоколада и свежими ягодами.

В среднем, фестивальные блюда стоят порядка 500 рублей, а самый дорогой сет из четырех блюд – менее 2000. Так что прокатиться на кулинарной машине времени и представить себе, как изменилась петербургская кухня за минувшие три века, можно вполне демократично. При желании можно даже построить для себя гастрономический маршрут и постараться перепробовать все предлагаемые изыски. Это, конечно, будет задачей сложной, но надо же к чему-то стремиться?

Откуда локти растут?

Люблю я, должен признаться, всякого рода литературные "зацепочки", когда берешься за какую-нибудь смешную странность в тексте, тянешь за нее, как за ниточку, а там тако-о-ое обнаруживается, что только диву даешься! )
Вот, скажем, нынче прекрасная и замечательная моя коллега по журналистскому цеху Лилия Гущина выложила у себя в блоге целую пачку литературных странностей анатомии, на которые мы с вами, как читатели не шибко чуткие и не особо дотошные просто внимания не обращали. Отсмеявшись вволю, не могу позволить себе не поделиться ее находкою с вами. :-)))

ЗАНИМАТЕЛЬНАЯ ЛИНГВИСТИКА

Во всех наших словарях, начиная с XVIII века и заканчивая современными, «облокотиться» — «опереться локтями». Приступая с этим знанием к чтению текстов мы сталкиваемся с весьма необычной анатомической картиной. Оказывается, что локти у русских людей растут в самых разных местах.

Чаще всего, конечно, на спине:
«С цветком в руке, бледна и одинока,
Облокотясь спиною на рояль,
Она сидела…»
(Н. А. Некрасов)
"Впереди партера, в самой середине, облокотившись спиной к рампе, стоял Долохов с огромною, кверху зачесанною копной курчавых волос, в персидском костюме.№
(Толстой Л. Н., Война и мир).

На груди:
«И, грудью плоскою облокотясь о стол,
Я ритмы меряю, выслушиваю звоны…»
(К. К. Вагинов)
"Одна продавщица разговаривала по телефону, облокотившись грудью на прилавок, вторая что-то распаковывала."
(Кирилл Панфилов, Мост над рекой Нум-Хет).

На плечах:
«Облокотился плечом о косяк и достал коричневый тряпичный кисет» (Б. С. Житков).
На голове:
«Он сел за письменный запыленный стол и … облокотившись головой на руки, задумался (Л. Н. Толстой).

На лице:
«Клара сидит за столом, облокотилась подбородком на руки и смотрит прямо на него» (Ю. О. Домбровский).

И даже, извините, на жопе:
«Передо мной, облокотившись задом на стол … стоял уже почти памятник…» (В. П. Катаев)

Котопристройство завершено )

Хороший сегодня день с хорошими новостями.
Нынче последний представитель кошачьего прайда, который мы забрали с улицы, отправился из приюта в семью, чтобы быть котом домашним, любимым и избалованным.
Всё. Все коты - а их восемь человек было - нашли свой дом. Один из них - у нас. ))



Всем, кто принимал в этом безобразии участие, - огромнейшее спасибо. Тем, кто приютил котусов у себя, - спасибо вдвойне и плюс сотня бонусов к карме! :-))
Гештальт закрыт.
Ура, что ли? ;-))