Радист-разведчик из Ленинграда
Очередная статья с конкурса юных журналистов, придуманного добрыми людьми из "Системы "Забота". Зарисовка получилась средненькая, местами шаблонная, но обратите внимание на два эпизода - в самом начале, о немецких танках вблизи строящихся укреплений Лужского рубежа, и в самом конце - об отравленных яйцах. И тот, и другой - идеальные закидки для военных рассказов в стиле Курочкина.
Ну, собственно, текст:
В рамках конкурса «Судьбы, обожженные войной…» своими воспоминаниями со мной поделился ветеран Великой Отечественной Войны – Александр Николаевич Топтыгин.
Ему было семнадцать лет, когда началась война. «Это было очень страшно, - признается ветеран. – Я только окончил девять классов средней школы - здесь, в Санкт-Петербурге, на Невском проспекте. Меня и триста других юношей, мужчин, которые не подходили под призыв по состоянию здоровья либо по возрасту, отправили служить в тыл - под Лугу. Мы копали противотанковый ров для защиты от немецкой бронетехники. Там я впервые увидел немецкого солдата: когда мы заканчивали работу и стояли в вырытом нами рву, вдруг появились три немецких танка, буквально в пятистах метрах. Из башни танка показалась фигура немецкого офицера - это был человек с кожаным шлемом на голове, одет в черный китель с рукавами, засученными по локоть. Мы тут же в страхе убежали, ведь даже никакого оружия нам не выдали. Эх… До сегодняшнего дня снятся сны о том времени – сны о том, как я воюю, хотя мне уже через полгода будет девяносто лет!»
В самом начале войны Александр Николаевич подал заявление в Танковое училище, но все его руководство было отправлено на фронт. Тогда ему предложили пойти учиться в другие училища, но для себя он решил, что учиться пойдет только в танковое или авиатехническое. Он очень хотел попасть в авиаклуб, но не был туда принят по состоянию здоровья. Тогда он решил пойти на фронт воевать! Александр был старшим из четырех детей в семье: отец попросил его остаться дома и помогать матери, а сам пошел на фронт.
В Ленинграде Александра Николаевича в должности ученика слесаря отправили работать на автомобильный завод. Там ремонтировали автомобили М1, на основе которых делались броневики – оружейные установки.
А 2 ноября 1941-го года Александру Николаевичу исполнилось 18, и он был призван в военкомат. Прошел медицинскую комиссию и встал в ряды Красной Армии. Его сразу же отправили в радиотехническое училище. Учился на радиста он там вплоть до апреля 1942-го года. В том же месяце 15 курсантов этой школы на автомобиле перевезли через Ладожское озеро по льду Дороги Жизни. Он попал в тридцать третью стрелковую дивизию, в роту разведки. Воевал там всего двадцать два дня. За эти двадцать два дня произошло много ужасного, но в то же время интересного: Александр Николаевич вместе с другими радистами и разведчиками был в тылу у немцев.
Тогда по приказу Сталина каждый участник Второй Мировой должен был сохранить предоставленное ему оружие или технику до окончания войны. У Александра Николаевича на руках была станция РБ. Когда команда пошла на разведку в немецкий тыл второй раз, они наткнулись на немцев. Немцы начали обстрел из минометов. Александр Николаевич был ранен на нейтральной полосе и отправлен в госпиталь в 1942-м году, где пробыл полгода.
После госпиталя участвовал в военных действиях "Шевченковской операции" в боях у городов Роман, Бакэу, Ньиредьхаза, Дебрецен, Будапешт, Надьканижа. В последнем ветеран встретил Победу: "Когда нам сообщили, что немецкие войска капитулировали, мы отступили. После этого произошел неприятный случай. Около места, где мы находились, была маленькая деревушка. Двое наших солдат пошли туда. В одной из избушек хорошая с виду семья предложила воинам бокал вина. Они пили действительно хорошее вино, вот только в качестве еды им были предложены куриные яйца, внутрь которых был залит яд. От этого один солдат умер там, на месте, а другой смог доползти до отряда и сообщить нам обо всем. Мы уже хотели было направить пушки на эту деревню, но нам запретили, так как военные действия закончились, и нас бы засудили за это".
Так закончилась война для ветерана Александра Николаевича Топтыгина: он вернулся домой, к семье. Но до сих пор вспоминает те страшные времена, которые оказалось невозможно забыть. Ветеран искренне надеется, что мы, подрастающее поколение, уже никогда не увидим ужасов войны.
Ну, собственно, текст:
В рамках конкурса «Судьбы, обожженные войной…» своими воспоминаниями со мной поделился ветеран Великой Отечественной Войны – Александр Николаевич Топтыгин.
Ему было семнадцать лет, когда началась война. «Это было очень страшно, - признается ветеран. – Я только окончил девять классов средней школы - здесь, в Санкт-Петербурге, на Невском проспекте. Меня и триста других юношей, мужчин, которые не подходили под призыв по состоянию здоровья либо по возрасту, отправили служить в тыл - под Лугу. Мы копали противотанковый ров для защиты от немецкой бронетехники. Там я впервые увидел немецкого солдата: когда мы заканчивали работу и стояли в вырытом нами рву, вдруг появились три немецких танка, буквально в пятистах метрах. Из башни танка показалась фигура немецкого офицера - это был человек с кожаным шлемом на голове, одет в черный китель с рукавами, засученными по локоть. Мы тут же в страхе убежали, ведь даже никакого оружия нам не выдали. Эх… До сегодняшнего дня снятся сны о том времени – сны о том, как я воюю, хотя мне уже через полгода будет девяносто лет!»
В самом начале войны Александр Николаевич подал заявление в Танковое училище, но все его руководство было отправлено на фронт. Тогда ему предложили пойти учиться в другие училища, но для себя он решил, что учиться пойдет только в танковое или авиатехническое. Он очень хотел попасть в авиаклуб, но не был туда принят по состоянию здоровья. Тогда он решил пойти на фронт воевать! Александр был старшим из четырех детей в семье: отец попросил его остаться дома и помогать матери, а сам пошел на фронт.
В Ленинграде Александра Николаевича в должности ученика слесаря отправили работать на автомобильный завод. Там ремонтировали автомобили М1, на основе которых делались броневики – оружейные установки.
А 2 ноября 1941-го года Александру Николаевичу исполнилось 18, и он был призван в военкомат. Прошел медицинскую комиссию и встал в ряды Красной Армии. Его сразу же отправили в радиотехническое училище. Учился на радиста он там вплоть до апреля 1942-го года. В том же месяце 15 курсантов этой школы на автомобиле перевезли через Ладожское озеро по льду Дороги Жизни. Он попал в тридцать третью стрелковую дивизию, в роту разведки. Воевал там всего двадцать два дня. За эти двадцать два дня произошло много ужасного, но в то же время интересного: Александр Николаевич вместе с другими радистами и разведчиками был в тылу у немцев.
Тогда по приказу Сталина каждый участник Второй Мировой должен был сохранить предоставленное ему оружие или технику до окончания войны. У Александра Николаевича на руках была станция РБ. Когда команда пошла на разведку в немецкий тыл второй раз, они наткнулись на немцев. Немцы начали обстрел из минометов. Александр Николаевич был ранен на нейтральной полосе и отправлен в госпиталь в 1942-м году, где пробыл полгода.
После госпиталя участвовал в военных действиях "Шевченковской операции" в боях у городов Роман, Бакэу, Ньиредьхаза, Дебрецен, Будапешт, Надьканижа. В последнем ветеран встретил Победу: "Когда нам сообщили, что немецкие войска капитулировали, мы отступили. После этого произошел неприятный случай. Около места, где мы находились, была маленькая деревушка. Двое наших солдат пошли туда. В одной из избушек хорошая с виду семья предложила воинам бокал вина. Они пили действительно хорошее вино, вот только в качестве еды им были предложены куриные яйца, внутрь которых был залит яд. От этого один солдат умер там, на месте, а другой смог доползти до отряда и сообщить нам обо всем. Мы уже хотели было направить пушки на эту деревню, но нам запретили, так как военные действия закончились, и нас бы засудили за это".
Так закончилась война для ветерана Александра Николаевича Топтыгина: он вернулся домой, к семье. Но до сих пор вспоминает те страшные времена, которые оказалось невозможно забыть. Ветеран искренне надеется, что мы, подрастающее поколение, уже никогда не увидим ужасов войны.