Кормилицын Сергей Владимирович (serh) wrote,
Кормилицын Сергей Владимирович
serh

Categories:

Вопросы пола и вопросы чести

еще один фрагментик текста. По-моему - забавный, а так - кому как. :-))) Очередная главка из книжки про злых фашистов и их мораль. Честно говоря, задрали меня измышления на тему секса в Третьем Рейхе. Пишут люди всяческую хрень, а им за это гонорары платят. Между тем, "нэ так все било, савсэм нэ так!" (с) :-))) а как - тут разговор длинный. Посему, коли у кого времени нет - лучше в него и не ввязываться.

Советы мои,
Лоддфафнир, слушай,
На пользу их примешь,
Коль ты их поймешь:
Чужую жену
Не должен ты брать
В подруги себе

«Речи Высокого»

Неразумно было бы, говоря о моральном кодексе строителя национал-социализма, обходить и замалчивать вопросы пола. Тут такое раздолье и простор для мифов и домыслов, что порой сложно отличить истину от лжи. Чего только не выдумали охотники за сенсациями! Вымыслы, достойные, разве что, сексуально озабоченных подростков, а не серьезных людей, пытающихся отделить зерна от плевел, упорно кочуют по страницам популярных изданий. Тут тебе и гомосексуальная «романтика», и безумные порнографические сюжеты, и нелепые садомазохистские измышления. Откуда это все взялось? В сочетании с тоталитарным режимом, каким было правление Адольфа Гитлера и весьма прагматично поставленными перед населением империи демографическими задачами, подобного рода извращения выглядели бы несколько странно, чтобы не сказать – нелепо.

По большей части, авторами подобных сюжетов, теперь уже подхваченных и растиражированных до такой степени, что их не искоренить из массового сознания, были профессиональные пропагандисты времен двух давно минувших мировых войн, – как советские, так и западные – перед которыми стояла задача как можно сильнее опорочить врага, изобразить его максимально гнусным, отвратительным. И задачу эту они выполнили на «пять»: мифы, созданные ими укоренились в умах на редкость основательно. Сила воздействия тогдашнего пропагандистского мифотворчества, равно как и неразборчивость в средствах, сегодня просто поражает. Не слишком изящные конструкции из правды и вымысла, созданные в годы войны, оказались не только действенными, но и необыкновенно живучими Чего стоит, скажем, бытующая по сей день убежденность, что из тел узников концлагерей варили хозяйственное мыло?! А ведь этому мифу уже без малого сто лет: его создали английские пропагандисты еще в Первую мировую! Теперь же, всякая попытка заявить подобно «вождю народов» о том, что «не так все было, совсем не так», вызывает как минимум недоумение или, как максимум, подозрение в сочувствии национал-социалистам и стремлении обелить СС.
Между тем, все и правда было не так. Мы уже говорили о том. что Третий Рейх был государством, обращенным в прошлое, в глубокое средневековье. Это находило отражение во всех областях его жизни кроме, пожалуй, науки. А теперь стоит задуматься вот над чем: извращения и распущенность, свойственные нашему времени, морально-этическим нормам, характерным для средневековья не соответствуют вовсе. Мало того, входят с ними в прямое противоречие. Потому что отношения полов строились в Третьем Рейхе на редкостно архаичный, пасторальный манер. Собственно, мы можем с полной уверенностью утверждать, что орден СС был оплотом тех семейных ценностей, которые так стремились подорвать сторонники «теории стакана воды», принципа обобществления женщин и пр., принадлежавшие к противоположной стороне политического спектра.
Правда, идея умерщвления плоти и отказа от половой связи ради соблюдения духовной и физической чистоты, ставившаяся во главу угла христианской церковью тоже не была близка национал-социалистам. Целибат был не для них. В отношениях полов они придерживались золотой середины. Суждение правящей партии к этому вопросу выражалось открыто: Рейху нужно как можно больше здоровых многодетных семей. Настойчивость, с которой выдвигалось это требование, вызывала подчас насмешку у подданных, однако именно насмешку, а не раздражение. В конце концов, многодетные семьи были для Германии вполне обычным делом еще за несколько десятилетий до прихода национал-социалистов к власти, и все мысли об ограничении рождаемости и об идеальности модели «два ребенка в семье» являлись порождением череды экономических кризисов, прокатившихся по стране после поражения в Первой мировой. Нельзя не заметить, что сентенция о мудрости государства, заботящегося о будущих поколениях, которую так любили возглашать национал-социалисты, до обидного верна. Правителю, не заботящемуся о детях своих подданных, вскоре будет некем править. Нынешняя ситуация в России, когда демографический прирост обеспечивается за счет притока жителей извне, заставляет задуматься о том, что руководство Третьего Рейха вело более чем разумную политику поощрения рождаемости, и о том, что даже у поверженного врага можно научиться полезному. Это, по хорошему, и есть то рациональное зерно, которое стоило бы извлечь из наследия гитлеровской эпохи и применить на благо. В принципе, современная Германия вовсю им пользуется, только не афишируя, из каких источников происходит эта благая идея. А между тем, «детские деньги» - беспроцентный кредит, выдаваемый молодым семьям по случаю рождения ребенка, становящийся безвозмездным в случае рождения второго, «подъемные» молодым семьям на момент заключения брака, налоговые льготы для многодетных – все это изобретения эпохи владычества НСДАП.  Впрочем, вернемся в 30-е годы.
Понятное дело, что для членов ордена СС – избранных из избранных по своим физическим характеристикам, чистоте немецкой крови и по соответствию, правда довольно нечетко сформулированным, требованиям арийского облика, создание семьи и многодетность были не просто желательны, а необходимы. Руководство СС отлично понимало, что война может значительно подорвать генофонд нации и активно пропагандировало модель поведения, способную это хоть как-то скомпенсировать.
Этот вопрос довольно часто затрагивался и в «Основных тетрадях СС» - вестнике, издававшемся специально для войск СС, этаком «спутнике агитатора» для широкой публике. Надо сказать, что издание это было весьма популярно среди орденского войска, так, что солдаты покупали его на собственные средства. Итак, о семье и браке там писалось следующее: «Самой невероятной особенностью христианских орденов прошлого – «монашеских», «активных» или военных – было требование отказаться от женщины, от брака и от детей. Основное требование нашего Ордена – обязательство обручаться и жениться! Основной идеей средневековых христианских орденов было воспитание души, «умерщвление плоти», для того, чтобы помочь душе воссоединиться с потусторонним богом. Наше кредо состоит в том, что основная цель, «воплощение» и желание живого бога заключается в поисках путей эволюции особей и рас».  Весьма консервативно и более чем выдержанно, не так ли?
Другое дело, что Черный орден был носителем расовой идеи, так активно продвигавшейся в жизнь идеологами НСДАП, а посему в его рамках проводились довольно странные эксперименты, связанные в том числе и с, так сказать, новой моралью. Тут в первую очередь подразумевается такое странное учреждение как «Лебенсборн»,  пресловутое полумифическое распоряжение «Меч и колыбель»,  и пр. Однако новшествами все это выглядит лишь для тех, кто не знает истории или попросту чересчур зациклен на христианских понятиях о нравственном и безнравственном. Дело в том, что подобные опыты проводились еще в XVIII веке. Правда, не на «просвещенном» Западе, а в Марокко. Султан Мулай Исмаил,  старавшийся отстоять рубежи своего государства в борьбе с англичанами, испанцами и турками, столкнулся с проблемой нехватки солдат и организовал нечто типа учрежденного спустя два столетия Генрихом Гиммлером «Лебенсборна». По его указу со всей страны свозили невольниц для «развлечения» солдат. Женщины содержались в специальных заведениях, которые наиболее правильно было бы назвать человеческими фермами. Их главной задачей было рожать детей. Причем – как можно чаще и больше. Рождавшиеся на «фермах» мальчики с самого раннего детства получали соответствующее их предназначению воспитание и образование и становились рабами-воинами – абидами. Стоит ли говорить, что они были безоговорочно преданы султану, от которого зависело само их существование? Через полтора-два десятка лет после султанского указа численность марокканской армии стала для того времени просто огромной – 150 тысяч человек. Войск хватало не только для того, чтобы оберегать рубежи султаната, но и патрулировать дороги, поддерживать порядок в городах. При этом ни о какой коррупции в армейской среде можно было просто не беспокоиться.
Нет сомнения, что Генрих Гиммлер, затевая рискованный в плане реакции подданных Рейха эксперимент с «Лебенсборном», подразумевал нечто подобное. Собственно, не удивительно было бы даже, если бы он знал историю Мулая Исмаила. В конце концов, шеф охранных отрядов был чертовски эрудированным человеком, а история, причем, подчас, история весьма экзотических стран, была его любимым коньком. Эрудиции и смелости хватало ему для того, чтобы пытаться изыскивать общие черты между скандинавскими рунами и японскими иероглифами, реконструировать обычаи средневековых орденов и активно споспешествовать реанимации практически утраченной культуры древних германцев. Так что такие мелочи, как знание опыта правления марокканских правителей были бы просто не удивительны.
Итак, остановимся на том, что несмотря на разного рода сомнительные эксперименты, в целом мораль СС в плане отношений полов была более чем консервативна. Точнее сказать, не выбивалась за рамки морали гвардии времен Фридриха Великого. Мало того, раз уж мы говорим об «идеальном» кодексе, можно сказать и о том, что членам СС пытались привить некие элементы рыцарской морали, свойственные, скорее, персонажам красивых дамских романов, а не реальным солдатам. Вот, например, что проповедовалось со страниц «особых тетрадей СС» - рупора орденской пропаганды в гвардейских частях – касаемо отношений с женщинами на оккупированных территориях.
«Ты эсэсовец, а значит, ты не наемник. Наемников нанимают за копейку, чтобы драться за что-нибудь незначительное. А эсэсовцы защищают свой народ и свою кровь. Ты защищаешь СС, сообщество, орден, плоть от плоти твоего народа, перед которым стоит святая цель сохранить чистую кровь и поднять значимость расы. Следовательно, когда ты находишься за границей с оружием в руках, перед тобой стоит двойная задача: ты должен с достоинством защищать твой народ и СС. Однако ты теряешь достоинство, когда человека в униформе с символами рейха и СС ты встречаешь в кафе и в бистро с девушками и женщинами, которые издеваются над горем и страданиями своего народа, потому что у них нет сердца. Ты прав, если думаешь, что это бесчестные девушки и женщины. Потому что эти девушки, братья которых, женщины, мужья которых побеждены тобой и твоими товарищами, вряд ли будут с радостью бросаться тебе на шею. Поэтому ты должен прекрасно осознавать, что принесет тебе такое случайное знакомство.
И на какое суждение о себе сможешь ты претендовать, если пройдешь мимо? Как ты сможешь сохранить чистую совесть и безукоризненные манеры, если потеряешь самоуважение? Во время этой войны многие из вас могли заработать гораздо больше уважения, чем в мирное время. Нужно вести себя с соответствующим этому достоинством. Мы знаем, что в бою вы смелы. Пусть вы научитесь быть гордыми, дисциплинированными и сдержанными не только в бою, мы надеемся на это во имя будущего нашего народа.
Не забывайте никогда, что вы до конца дней своих будете вспоминать те месяцы и годы, когда вы носили руны СС на своей гимнастерке. Для немца это решающие моменты жизни. Не только потому. Что молодой доброволец СС становится мужчиной, его грудь становится шире, поступь тверже, взгляд устремляется вперед, но формируется также его дух и благодаря тому, что он входит в ряды СС, он узнает то, что навсегда останется в его сердце: порядок, дисциплину, порядочность, пунктуальность, дух самоотверженности и солидарности. Не забывайте об этом тогда, когда ты будешь думать, что делаешь как раз то, чего твой народ ожидает от тебя. Если ты не задумаешься об этом, то обязательно совершишь ошибку. Если ты будешь выполнять любую прихоть своего тела и своей крови, то поможешь врагам нашего народа и нашей идеологии. Пересилив себя, ты будешь прав, так как у тебя хватит сил и воли жить по законам твоего народа, твоей СС и тех, кого ты защищаешь». 
Нет, разумеется, на практике все было не так, однако само по себе стремление утвердить подобный подход в качестве нормы не просто удивляет, а и не вяжется как-то с привычным для нас, сложившимся на основании прочитанного и увиденного в кино, обликом эсэсовца, не так ли? Впрочем, кодекс есть кодекс, правила – есть правила, а люди – есть люди. Посему говорить о том, что все установления такого рода претворялись в жизнь и выполнялись на практике, было бы глупо. Разумеется, если хотя бы один из ста носителей черной униформы придерживался декларируемых принципов – это уже достижение. Но в какой армии – и даже гвардейских частях – было иначе?
Надо сказать, что были и другие изменения морали, мягко говоря, не вполне соответствующие средневековым меркам, зато служившие более чем прагматичным целям увеличения числа немцев. Так, отошло в прошлое пуританское отношение к матерям-одиночкам. Государство оказывало им любую возможную помощь, поддерживало финансово. Полная семья, или не полная – уже не интересовало никого, лишь бы дитя родилось здоровым и соответствовало, хотя бы внешне, всем канонам германской расы. А среди солдат орденского войска отнюдь не порицались внебрачные связи. Мало того Гитлер в одной из своих застольных бесед всерьез рассуждал о возможности использования солдат войск СС в качестве «семенного десанта» - дислоцировать их в районах, которые нуждаются в «нордификации». Однако это достаточно циничное рассуждение так и осталось словами.
Кстати, разу уж речь пошла об изменениях морали, есть еще одна тема, которой просто необходимо коснуться. Очень популярная среди искателей грязноватых сенсаций – гомосексуализм среди членов СС. Не дает покоя любителям «клубнички» мысль о тысячах молодых здоровых и, нельзя не заметить, красивых мужчин, собранных в казармах войск СС. Что тут можно сказать кроме того, что каждый акцентирован на своей теме? У кого что болит – тот то и ищет в глубинах истории, домысливая, достраивая, дописывая ее на свой манер. Прежде чем начать что бы то ни было доказывать, скажем: гомосексуализм в рядах гвардейских подразделений Третьей империи если и был, то оставался исключением и уж, во всяком случае, не пропагандировался, не был правилом. Мало того, будучи уличенным в отношениях такого плана можно было лишиться не только всех регалий и наград, но и самого черного мундира, быть исключенным из ордена. А то и сменить мундир на робу с розовым треугольником на рукаве.  Так что сторонникам однополой любви, бредящим эсэсовской униформой и серебряными руническими нашивками остается только огорчаться.
На чем основана настолько безоговорочная уверенность, что однополая любовь в империи и в ордене вовсе не процветала? В первую очередь на том, что хотя руководители страны и организации и не проповедовали ханжескую мораль, навеки прославившую нашу страну фразой об отсутствии секса в СССР, сама культура Третьего Рейха не предполагала акцентации на сексуальных отношениях. Можно даже сказать, что она была откровенно асексуальной. За то, что большинство из нас убеждено в обратном стоит «благодарить» отечественную и западную пропаганду и, прежде всего Голливуд. Вот для Веймарской республики, для времен кризисов, эпохи межвоенного упадка Германии это было более чем характерно: декаданс порождает самые причудливые формы отношений. Но к моменту расцвета гитлеровского государства это было уже в прошлом. Потому что Гитлер и его сторонники применяли для приведения общественной морали в соответствие со здравым смыслом самые жесткие и непопулярные методы.
Нельзя не упомянуть и о том, что такой подход вполне адекватен традиционной немецкой, а точнее сказать – прусской культуре. Достаточно вспомнить такой эпизод, как встречу Фридриха Великого с Франсуа Вольтером. Аудиенция проходила в кабинете, украшенном полотнами с изображениями резвящихся полнотелых нимф. Французского мыслителя это оформление комнаты смущало и постоянно отвлекало от темы беседы, а прусский король вел себя как обычно, вполне сдержанно: для него картины оставались картинами, предметом искусства, не более. Такая деакцентированность на сексуальном контексте была характерна и для культуры гитлеровской Германии.
Наконец, вспомним о главном принципе национал-социалистической демографии: немцев должно было становиться по возможности больше. Фразы о том, что «То, что мы ныне в страхе называем перенаселением, ничто иное, как нормальное состояние здоровых, то есть растущих народов» и, соответственно, «Сохранить и преумножить германский народ необходимо в любом случае и любой ценой: если бы этому мешали какие-либо природные явления, мы должны были бы пойти против природы»,  были не просто лозунгами, а реальной задачей, которую ставили перед собой лидеры партии и государства. К глубокой печалит многих представителей нетрадиционной сексуальной ориентации, ученее всего мира еще не выдумали способа для того, чтобы сделать однополую семью способной к деторождению. Так что ни пропаганды, ни поощрения, ни даже толерантного отношения к гомосексуализму в гитлеровской Германии быть не могло. А призрак полосатой робы с розовым треугольником действовал при этом более чем вразумляюще. Среди же членов ордена СС такого рода отклонения от нормы были и вовсе немыслимы: не для того отбирались  лучшие образчики германской нации, чтобы их гены пропали впустую. Посему – поместим голливудские штампы в разряд курьезов.
Остается в силе лишь утверждение о необычных пристрастиях в постели некоторых руководителей СС и Рейха, но тут утверждать нечто, равно как и оспаривать подобные заявления опять-таки весьма сложно. Перефразируя известный анекдот, подсвечника никто из заявляющих подобное не держал, толковых документальных подтверждений нет, а книги и статьи, подобные сочинению американского профессора Лотара Махтана – «Тайна Гитлера. Двойная жизнь диктатора»,  описывающие постельные пристрастия того или иного вождя – есть ни что иное, как попытка создать на пустом месте дешевую сенсацию. Напомним еще раз, что военная пропаганда той поры была рассчитана на то, чтобы максимально дискредитировать лидера государства-противника. Означает же это для нас только одно: необходимость с величайшей осторожностью относиться к любым заявлениям о Третьем Рейхе, не подтвержденным документально или внушающими доверие мемуарами. Потому что слепо доверяясь сложившимся штампам по меньшей мере глупо. Прежде чем с уверенностью заявлять о принадлежности того или иного лидера павшего национал-социалистического режима к сексуальным меньшинствам, стоит задуматься - не опираемся ли мы на выдумку семидесятилетней давности?
Правда тут можно говорить и о том, что Адольф Гитлер со присныя его сам был творцом этой легенды. Когда ему понадобилось удалить со своего пути штурмовые отряды, требовавшие продолжения революции и категорически не согласные со стремлением вождя НСДАП наладить добрые отношения с представителями крупного капитала, он сам использовал все тот же пропагандистский трюк. Благо ему не пришлось ничего выдумывать: глава СА Эрнст Рем не делал тайны из своих предпочтений в постели, за что неоднократно подвергался критике со стороны партийного руководства и насмешкам со стороны политических противников. Однако что ему было до этой критики? Он был старинным боевым товарищем самого вождя, да еще и оказал ему немалую услугу, усмирив в 1931-м году бунт штурмовиков, едва не свергнувших НСДАП с ее с трудом завоеванных позиций. Но когда Гитлер решил, что позиции его устойчивы до такой степени, что Ремом можно пожертвовать, последовала пресловутая «ночь длинных ножей» - самая крупная и, пожалуй, самая кровавая из внутрипартийных чисток минувшего века. А для того, чтобы действия ликвидаторов не казались ни публике, ни им самим чем-то из ряда вон выходящим, штурмовые отряды были обвинены в подготовке очередного бунта, государственной измене и, разумеется – вот она игра на публику, охочую до сенсаций! – в полном моральном разложении и повальном гомосексуализме.
Надо сказать, что история любит подобные шутки, когда единожды примененное оружие обращается впоследствии против его обладателя. Вот и Адольф Гитлер, выступивший в роли ярого гомофоба, самым жестоким образом искоренявшего моральную заразу с германской земли, теперь едва ли не общепризнанно считается мужеложцем. Впрочем, кем он только не считается! Если верить публикациям в прессе хотя бы за несколько последних лет, глава Третьего Рейха был некромантом и педофилом, гомосексуалистом и инопланетянином, черным магом и копрофагом, медиумом и некрофилом. Все это, само собой разумеется, не имеет под собой никаких оснований кроме фантазии авторов этих текстов, однако на публику работает не хуже, чем давняя выдумка самого Гитлера относительно СА.
В заключение, вернемся еще на какое-то время к вопросу об отношении к женщине. Забавно, что сегодня, рассматривая портреты признанных красавиц Третьего Рейха, большинство из нас красавицами их не сочтут. Слишком развитые по нынешним меркам формы, широкие бедра, достаточно грубые, крупные черты лица, отсутствие косметики. (Речь, разумеется, не идет о парадных портретах немецких актрис – тут все несколько иначе). В чем же тут дело? А дело не только в изменившихся стандартах красоты, но и в том, что в Германии на ту пору, женщина воспринималась несколько иначе, чем сегодня у нас. И определенно иначе, чем во все послевоенное время на Западе.
Женщина Третьего Рейха не была суфражисткой или эмансипэ, как в других западных странах, не была «товарищем в труде», как в СССР, не была полноправным членом общества потребления, как в послевоенных Соединенных Штатах. Ее основной функцией была функция материнская. Причем не только о продолжении рода шла речь, хотя этот момент, разумеется, был важнее прочих. «Мы понимаем тот тип женщины, который остальной мир хотел бы иметь у себя, но там не понимают женщин, которые нам подходят в большей степени. – заявлял Рудольф Гесс. - Это не тип Гретхен, которую иностранцы воспринимают как ограниченное, малоинтеллектуальное создание, но женщина, способная в интеллектуальном отношении стоять рядом со своим мужем, поддерживая его в борьбе за существование. Которая делает окружающий его мир прекраснее и богаче. Таков в настоящее время идеальный тип женщины для немецкого мужчины. Более того, такая женщина должна быть способна стать матерью».  Тут можно, пожалуй, говорить о настоящем культе матери, как бы и что бы ни говорили по этому поводу психологи фрейдистского толка. Иначе говоря, если процитировать одного из забавных персонажей Джеральда Даррелла, «муттеры – самая важная вещь на свете». Немцы во все времена отличались сентиментальностью, странным образом соседствовавшей с их чисто армейской исполнительностью. Посему образ матери в германской культуре занимает весьма значительное место. Эпоха Третьего Рейха стала временем его наивысшего развития. Не в абстрактном восприятии, как в СССР, где Родина-мать звала на битву и побуждала к свершениям. Нет, немецкая мать должна была обеспечивать прочный тыл сыновьям Германии. Все было разделено в самом что ни на есть традиционном, пасторальном духе. Мужчина – охотник, воин, глава семьи, принимающий стратегические решения, а женщина – хозяйка, прочно держащая в своих руках все три немецких «К» - воспитание детей, домашнее хозяйство и отношения с Богом,  занимающаяся, так сказать, вопросами тактики.
То есть, конечно, и для женщины были открыты пути к определенного рода власти и влиянию, но только в качестве жен, подруг, фавориток сильных мужчин, ответственных за принятие решений. Достаточно взглянуть на супруг Йозефа Геббельса или Генриха Гиммлера. Геббельс мог вполне спокойно отпустить фразу относительно того, что «эта статья понравилась даже Магде, а ведь она не умна!», однако стоило той состроить недовольную мину, как мирить супругов прилетал сам глава государства, как это было в семейном конфликте из-за Линды Бааровой.  То же и с четой Гиммлеров: глава СС был, конечно, грозным вождем своей организации, однако супругиного гнева боялся паче всего иного. Нет, разумеется, были и персоны калибра Ольги Чеховой,  или Лени Рифеншталь  – настолько яркие, что никакие рамки и установления были для них не писаны, однако тут речь, скорее, об исключениях, нежели о правиле. В большинстве своем женщине отводилась роль второстепенная, хотя от этого – и не менее почетная.
«Женщинам предстоит решать неограниченный круг проблем, - заявлял Адольф Гитлер. – Для нас женщина всегда была лучшим товарищем в работе и жизни. Мне часто говорили: “Вы намереваетесь лишить женщин профессии”. Ничего подобного. Я хочу лишь создать широкий спектр возможностей, чтобы женщина принимала участие в создании своей семьи и могла иметь детей, ибо тем самым она приносит наибольшую пользу нашему народу. Если, скажем, какая-то женщина стала преуспевающим юристом, а в соседнем доме живет мать с пятью, шестью детьми, здоровыми и крепкими, хорошо воспитанными, то с точки зрения максимальной пользы для народа я отдал бы предпочтение женщине, родившей детей и поставившей их на ноги, тем самым обеспечившей будущее нации».
Однако периодически в национал-социалистической пропаганде происходили сбои, вроде заявления Йозефа Геббельса о том, что «миссия женщины состоит в том, чтобы быть прекрасной и приносить на свет детей. /…/ Женщина, как птица, прихорашивается для своего самца и несет для него яйца. Самец же берет на себя заботу о добыче пищи и защите гнезда, прогоняя врагов».  Вроде бы и соответствует только что процитированным гитлеровским постулатам, но оттенок, интонация – уже совершенно иные. И вот уже – отклик толпы – возмущенные письма в газеты о том, что «нам не нужны не несушки яиц, а женщины – надежные товарищи в жизни».
Собственно, так оно и было: немецкая женщина вдоволь наигралась в суфражистку за двадцатые годы, и теперь с благодарностью принимала возможность быть именно женщиной, однако отказываться от своих прав и привилегий она не собиралась. Соответствующим образом было построено и отношение к ней в быту. Тут даже не о «материнском кресте» говорить стоит, хотя сама по себе награда за многодетность уже достойна внимания, а о том, что в Третьем Рейхе имело место уважение к женщине на самом повседневном уровне, которого так упорно и безуспешно добивалась наша отечественная интеллигенция. Правда, стоит уточнить, к немецкой женщине.
Да и вообще, не стоит забывать о том, что все, что было в Рейхе доброго, предназначалось исключительно для немцев. Те же, кому немцем родиться не посчастливилось, должны были радоваться уже тому, что им позволяется дышать. Гитлер стремился к благу для народа, но только для своего народа, в самом узком смысле этих слов. Миром должны были править представители арийской расы, в их интересах он и перестраивался.
На чем же мы остановимся в итоге этих пространных рассуждений? Пожалуй, лишь на том, что большинство легенд о сексуальных и межполовых отношениях в Германии гитлеровских времен малосостоятельны. В большинстве своем, все, что говорится и пишется о шокирующих подробностях личной жизни подданных Гитлера и о поражающей воображения распущенности членов ордена СС – есть ничто иное, как обломки и остатки добротной пропаганды, оставшейся нам в наследства от двух мировых войн. На деле же Третий Рейх был в этом плане государством более чем консервативным. В общепринятых нормах морали, разумеется, это не найти отражения не могло.



Tags: #моикнижки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments