Кормилицын Сергей Владимирович (serh) wrote,
Кормилицын Сергей Владимирович
serh

Category:

Дом сельдяного импортера

Скромный снаружи, но роскошный внутри двухэтажный дом 18 по 11 линии Васильевского острова в чем-то очень похож на своего первого владельца. Тот тоже был человеком одновременно скромным во всех проявлениях внешних, но могущественным и влиятельным по факту. Еще бы! Ведь Иван Оттонович Паллизен был не только датским консулом в Петербурге, но и некоронованным королем датской морской торговли.



Разумеется, Ивана Оттоновича изначально звали совсем не так. Родившийся в 1815 году в городе Ольборг, он носил имя Ханс-Йессен Паллисен и был чистокровным датчанином. Мало того, датчанином образцовым, - из тех, чья жизнь чуть ли не с самого рождения связана с морем. Его отец, носивший гордое имя Оттон, был капитаном торгового флота и с раннего детства брал сына с собой в плавание. В том числе – и по Балтике, в столицу Российской Империи. Туда он возил датскую селедку, стекло, краски и известь, обратно – пеньку, лен, зерно. Получалось выгодно. Что приключилось с матерью Ханса-Йессена, неизвестно. Скорее всего, ее жизнь унесла одна из многочисленных эпидемий, нередких в портовых городах того времени.

Когда Паллисену младшему исполнилось 15 лет, Оттон оставил его в Петербурге, в семье своего делового партнера Асмуса Симонсена, который обещал обучить сына моряка коммерции. И Ханс-Йессен принялся за учебу. Настолько прилежно, что вскоре превзошел учителя и стал весьма успешным дельцом. При этом он со всей свойственной бизнесмену-протестанту бережливостью складывал копеечку к копеечке, собирая стартовый капитал, подбирал чужие долговые обязательства и векселя, налаживал личные связи, которые, подчас, прочнее коммерческих. И не «светился»: даже женился хоть и по любви, но тихо, да и рождение первенца не стал превращать в публичное торжество. В самостоятельное плавание, создав собственную фирму, он вышел только когда посчитал, что для этого созданы все условия. Было ему на ту пору уже 40 лет.

Но зато какой это был старт! Буквально в считанные дни он стал петербургским купцом 1-й гильдии и разом перетянул на себя почти всю торговлю между Россией и Данией, - в том числе, торговлю датской сельдью и шерстью. Так что, закусывая рюмочку крепкого куском селедки, каждый петербургский пьяница отчислял копеечку в карман Ивана Оттоновича, как предпочитал теперь называть себя Ханс Йессен. Недовольных среди купцов-конкурентов, разумеется, было множество, но Паллизен был неуязвим и мог диктовать свои условия практически кому угодно. Влиятельность этого внезапно поднявшегося к вершинам делового Олимпа купца была настолько велика, что в Петербурге ему очень быстро присвоили звание потомственного почетного гражданина, едва ли не уравнивавшее его обладателя с представителями высшего сословия, а датское правительство поручило ему исполнять обязанности консула Дании в России. Чем он и занимался добрых шесть лет, получив по итогам одну из высших наград своей страны – звание командора ордена Даннеброга и соответствующий ему орденский знак.

Следом за торговлей морской сын капитана взялся прибирать к рукам и речную: его грузовые суда курсировали от Каспийского и Черного моря до Балтики. Мало того в его планах было наладить и морское сообщение между столицей России и Дальним Востоком. Для этого он купил три приспособленных для прохождения такого маршрута корабля и даже заказал составление лоции. Но дело оказалось слишком затратным и невыгодным. Зато участие в проекте по прокладке телеграфного кабеля по дну Каспийского моря принесло ему немалый прибыток.

Чтобы подстраховаться от случайностей и диверсифицировать бизнес, к торговле Иван Оттонович добавил деятельность производственную – основал бумажную фабрику. Благо бумага была товаром очень дорогим и в большом количестве закупалась казной. Фабрика располагалась на берегу Невы в створе Кожевенной линии. А поскольку в те поры было принято жилье владельца предприятия располагать как можно ближе к производству, а то и вовсе на его территории, на 11 линии Васильевского острова были выстроены два особняка. В доме 16 расположилась контора фабрики и дирекция торгового предприятия, а в 18-м поселился сам Паллизен с женой и сыновьями.



На первом этаже дома 18 располагались комнаты для прислуги, винный погреб, хозяйственные помещения, а в господскую квартиру в бельэтаже – с танцевальным залом в стиле итальянского ренессанса, парадной столовой в русском стиле, кабинетом в романском стиле и так далее - вела шикарная мраморная лестница. Надо сказать, очень продуманный был дом: в частности, система вентиляции была хитроумно скомпанована с дымоходами, - при каждом протапливании воздух подогревался и циркулировал на вытяжку и приток «самотеком». Отсюда Иван Антонович и правил до 1881 года всей своей торгово-промышленной империей, доставшейся после его смерти старшему сыну - Роберт-Андре.

Похоронен сын датского капитана вместе с супругой Адольфиной-Эмилией на лютеранском кладбище на Смоленке. На сером камне их надгробия высечена эпитафия: «Любовь никогда не перестает».

Tags: #история
Subscribe

Posts from This Journal “#история” Tag

  • Обходной вдоль Ладоги

    Ладожское озеро не зря в стародавние времена называли морем: оно и сейчас-то для судоходства сложным бывает, а в XVII-XVIII веке и вовсе было…

  • Непромокаемый бизнес на Боровой

    Стартап – дело тонкое, даже творческое. Не всегда с первого раза получается найти свою нишу, товар и целевую аудиторию. Купеческая чета…

  • Дом купцов – старообрядцев

    Купеческая семья Пиккиевых, которой принадлежал дом на Моховой, 39, была по петербургским меркам весьма влиятельной. И не только в силу своей…

  • Когда крестьянам стало можно

    Указ, подписанный императором Николаем I 18 марта 1848 года редко включают в список самых значимых документов XIX века. А, между тем, влияние на…

  • Фабрика удачливого дипломата

    О людях, подобных Ивану Сергеевичу Мальцеву, владельцу бумагопрядильной мануфактуры на улице, носившей сперва название Синбатальонная, потом на…

  • Последний актив барона-музыканта

    Для банкира Александра Александровича фон Раля особняк на Английской набережной, 72 был не просто домом. Это была его крепость, символ его…

  • Не в добрый час поднятая

    Экономических авантюр, охватывающих целые государства, но оканчивавшихся трагическим провалом, история знает немало – от строительства…

  • Квартира хозяина тараканов

    В XIX веке владельцы заводов и фабрик за редким исключением предпочитали строить себе дома вплотную к территории принадлежащих им предприятий. Было…

  • Дворец «откупщицкого царя»

    У особняка на углу Английской набережной и Замятина переулка владельцев было немало, - на протяжении своей истории он постоянно переходил из рук в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments